1. «Когда я достиг вершины власти, то понял, что меня обдувают ледяные ветры государственной необходимости», — так ответил президент Франции Шарль де Голль на упреки в его адрес по поводу той политики, которую он проводил в начале второй полвины ХХ века. Россия начала ХХI века, конечно, не Франция, но «ледяные ветры государственной необходимости» диктуют тот же стиль поведения и президенту России, если свободу… воспринимать как осознанную необходимость

2. Своё понимание «государственной необходимости» партноменклатуре Капитулянтской Партии Самоликвидации Социализма (КПСС) И.В.Сталин высказал со всей откровенностью полвека назад на последнем XIX съезде ВКП(б) и октябрьском 1952 года пленуме ЦК. И сегодня все знают, что эта откровенность стоила жизни объекту «культа личности», после чего партноменклатура предпочитала один только «культ» без личности, вне зависимости от того, кого она продвигала на высший пост в государстве: Хрущева, Брежнева, Андропова, Горбачева или Ельцина. Тем не менее общество Русской цивилизации развивалось и через полвека оно снова встало перед необходимостью решать те же проблемы, на которых остановилось после устранения убийством «личности» при сохранении «культа». И тот факт, что этот вопрос полвека спустя снова был поднят на пресс-конференции Президента России 24 июня 2002 года, (и ответ на него был таким же, как в октябре 1952 год), не случайность, а объективная закономерность политической жизни Русской цивилизации.

3. Значит ли это, что Путин — второй Сталин? Конечно нет. Как-то в разговоре на эту тему Сталин ответил в том смысле, что «Сталин может быть только один», имея ввиду личностную неповторимость каждой индивидуальности, которую трусливые культо-«скульпторы» в силу своей извращенной нравственности поняли, как угрозу их попыткам подняться в своей мере понимания до уровня понимания Сталина. В толпо-“элитарном” обществе стремление к культотворчеству — такая же объективная данность, как стремление к диктатуре.